Архивный «тихоня» Василий Никитич

ОБЛАДАЯ ДОСТУПОМ К СЕКРЕТНЫМ ДОКУМЕНТАМ, ОН КОПИРОВАЛ ИХ СОДЕРЖИМОЕ, А ПОТОМ ПЕРЕДАЛ ВСЕ НА ЗАПАД

Этого человека с полным правом можно было назвать «тихоней». Скромный, интеллигентный, малозаметный сотрудник КГБ Василий Никитич Митрохин работал на рядовой должности в архиве всемогущего ведомства. В 1970-х годах занимался микрофильмированием документов. Потихоньку переписывал их, а затем прятал на даче. Вряд ли он был провидцем и знал, что спустя полтора десятка лет Советский Союз рухнет, КГБ едва не погибнет под его обломками, а его секреты будут востребованными. Но значимость своих материалов он угадал очень точно.

ЗАПИСКИ ИЗ БИДОНА

По некоторым сведениям, в начале своей карьеры Василий Никитич (он был принят в разведку в 1948 году), попробовал работать оперативником, был даже отправлен в зарубежную командировку с целью слежки за корреспондентом «Правды» в Париже Юрием Жуковым. Но с заданием не справился. Затем была еще одно задание, которое он тоже провалил… Митрохина должны были уволить по профнепригодности, но пожалели (мол, на руках ребенок-инвалид) и определили на работу в архив. Здесь уже проколов не было, Митрохин работал добросовестно и аккуратно.

В 1972 году, когда ведомство внешней разведки переезжало из здания в центре Москвы на Лубянке в новый, только что отстроенный комплекс в районе Ясенево, Василию Митрохину поручили провести ревизию документов. Фактически он получил неограниченный доступ ко всему, что хранилось под грифами самой строгой секретности.

Как отмечает историк разведки Геннадий Соколов, Митрохин прочитывал документы, схватывал главную идею и делал краткий конспект. Заниматься фото– или видеосъемкой не было возможности: он был бы сразу разоблачен. Свои записи Митрохин шифровал, а листочки прятал под одежду или в ботинки и таким образом проносил их мимо охраны. Везло ему, что на выходе из здания обысков не устраивали и в обувь не заглядывали. На даче он аккуратно переписывал свои записи в школьные тетрадки. Со временем накопился большой архив.

На дачу он выезжал каждые выходные. Вообще, Василий Митрохин был образцовым советским гражданином: рабочую неделю проводил на службе, а выходные -на дачном участке… Вредных привычек не имел, ни в чем предосудительном замечен не был, язык всегда держал за зубами.

Так продолжалось двенадцать лет. В 1984 году Василий Никитич ушел на пенсию в звании майора. Ему было 62 года. И хотя в Кремле генсеки уже сменяли друг друга, как в калейдоскопе, СССР казался крепок и могуч. Никто не предвещало его скорой кончины. Что хотел делать со своими записями Василий Никитич – одному богу известно. Неужели бежать на Запад? Почему-то как-то не очень верится.

Впоследствии, как он сам признавался, изменить взгляды на коммунизм и советскую действительность его заставили разоблачения культа личности на ХХ съезде, гонения на Бориса Пастернака, пражские события 1968 года, а потом и вторжение в Афганистан в 1979-м. Но до перестройки было еще далеко, да и никто не мог предполагать, что она наступит. Неужели все это время он таился и ждал?.. Те, кто не верит в подпольную «идейность» Митрохина, уверены, что в основе его предательства – самый банальный синдром неудачника.

Однако прошло всего несколько лет, и подули совсем другие ветры. Когда рухнули и коммунизм, и СССР, а денежные сбережения в начале 1990-х годов превратились в пыль, Василий Митрохин достал свой припрятанный на «черный день» капитал. Нет, это были не доллары и даже не золотые слитки, как можно было бы предположить. Это как раз и были выписки и конспекты секретных документов Комитета госбезопасности.

В 1992 году Василий Митрохин пришел в посольство США в Таллине – столице Эстонии, которая совсем недавно приобрела долгожданную независимость. Митрохин предъявил американцам несколько записей, указывая, что это только малая часть его архива. Американцы почему-то не проявили особого интереса. Может быть, потому, что тогда было немало всяких ненормальных, желавших слить «секреты СССР».

Тогда Митрохин обратился в посольство Великобритании в Риге. Британцы проявили больше интереса и взяли документы «на проверку». Вскоре сотрудники спецслужб выяснили, что бывший сотрудник КГБ торгует не фальшивкой. Митрохин сообщил, что у него на даче спрятано шесть чемоданов с историческими сенсациями. По другим сведениям, тетрадки он хранил в бидоне из-под молока…

«ХОТЕЛ СКАЗАТЬ ПРАВДУ, НО НЕ СУМЕЛ»?

Британцы изъяли документы, а Митрохин вместе со своей семьей осенью 1992 года перебрался в Англию. Ему поменяли имя, обеспечили охраной и жильем. В России тогда было не до Митрохина: в стране бушевал конфликт между двумя ветвями власти, Борис Ельцин схлестнулся с Русланом Хасбулатовым, бывший КГБ был практически разгромлен и почти не имел никакого веса в новом российском государстве. Так что Василию Никитичу крупно повезло, что на его отъезд из России просто не обратили внимания.

Принесенных им материалов оказалось так много, что спецслужбы сразу нескольких государств создали свои группы по изучению архивов Митрохина. В 1996 году британская разведка дал разрешение Кристоферу Эндрю, профессору Кембриджского университета и исследователю британских спецслужб, написать исторический труд, основанный на материалах архива Митрохина.

И спустя несколько лет, в 1999-м, в лондонском издательстве Penguin Press увидела свет книга «Архив Митрохина» (The Mitrokhin Archive). Она была написана Митрохиным вместе с Кристофером Эндрю. И произвела на Западе эффект разорвавшейся бомбы. Эпиграфом к первому тому своей книги Митрохин выбрал такие слова: «Посвящается всем, кто хотел сказать правду, но не сумел».

Казалось, не было сферы жизни, которой бы не касалась эта книга. Завербованные СССР агенты, сотрудники под прикрытием, спецоперации спецслужб… Митрохин поделился секретом, что агенты КГБ будто бы собирались арестовать кардинала Кароля Войтылу, будущего папу римского Иоанна Павла II, завербовать советника президента США по национальной безопасности Збигнева Бжезинского, испортить жизнь артисту-перебежчику Рудольфу Нуриеву.

Отдельную главу Митрохин посвятил различным провокациям и подрывным действиям, которые якобы готовил Комитет госбезопасности. Например, фигурировала операция «Кедр», в ходе которой советские агенты будто бы собирались подорвать плотины Хангри-Хорс Дэм и Флэсид Дэм с целью прекратить электроснабжения Нью-Йорка. Говорилось также о подпольных арсеналах со стрелковым оружием и оборудованием для связи и коммуникаций, которые будто бы были спрятаны по всей Европе и могли использоваться советскими агентами, работающими за границей. Также содержалась инструкция о том, как разоружать специальные мины-ловушки около этих складов.

Документы, опубликованные в книге, проливали свет и на борьбу КГБ против диссидентов, в частности, против Андрея Сахарова и Александра Солженицына, а также на тесные связи некоторых руководителей Русской православной церкви с КГБ.

Впрочем, не все данные из архива Митрохина были предъявлены широкой публике. Многие его материалы британцы рассекретили только спустя десять лет после его смерти, когда был соответствующий политический момент. Правда, даже тогда они предали огласке не все, поскольку некоторые документы были компроматом на членов королевской семьи и действовавших высокопоставленных представителей истеблишмента…

ЦЕНА КОМПРОМАТА

Как отмечают исследователи, сенсации звучали громко, однако проблема была в том, что все материалы, которые передал Василий Митрохин, были рукописными копиями. Сравнить их с оригиналами нет никакой возможности. Остается только принимать на веру сведения, которые Василий Никитич принес из архива.

Как отмечает историк Геннадий Соколов, «в «архиве Митрохина» нет ни одного реального архивного документа КГБ – лишь вольный пересказ предателя, препарированный на потребу властям». Так, именно фальшивкой Геннадий Соколов считает информацию об операции «Эддинг», в рамках которой КГБ будто бы сотрудничал с Ирландской республиканской армией в покушении на принца Чарльза в 1969 году.

Впрочем, то, что британцы не отправили Митрохина обратно в Россию, косвенно подтверждает подлинность значительной части «слитой» им информации. Советский перебежчик, подполковник внешней разведки КГБ Олег Гордиевский в одном из своих интервью заявлял, что Василий Митрохин оказал большую помощь британским спецслужбам.

Упомянутый выше историк Геннадий Соколов отмечает, что, к примеру, что материалы о Мелите Норвуд, добровольной помощнице Советского Союза в 1940-е годы по раскрытию атомных секретов Великобритании и США, не стоит подвергать сомнению. Данные Митрохина доказали, что она действительно была советским агентом.

И уже просто мелочи. Материалы Митрохина свидетельствовали, что осенью 1974 года, когда Симфонический оркестр СССР гастролировал в ФРГ, Италии и Австрии, его состав включал двух офицеров КГБ официально, а также восемь агентов и еще 11 добровольных помощников. Компромат во время гастролей был получен на 35 участников, он был связан с алкоголем и спекуляцией.

Другая деталь: Солженицына не оставляли в покое, когда он жил Цюрихе, окружили его секретными агентами КГБ, которые порой не без успеха выманивали у него рукописи и контакты с доверенными лицами в СССР. После чего он принял решение переехать в далекий Вермонт, чтобы в глуши оградить себя от назойливого «внимания»…

Материалы Митрохина касались не только дел минувших. Они сыграли свою роль в текущей политической жизни и в работе спецслужб. Прямо или косвенно они касались сотен людей в различных государствах, которые в свое время так или иначе были связаны с советской разведкой. Только по одной Италии его список состоял из 261 фамилии: в нем значились писатели, дипломаты, бизнесмены, сенаторы. Митрохин обнародовал большую часть секретов, связанных с войной в Афганистане, включая имена агентов из числа высших афганских руководителей.

Впрочем, как отмечают исследователи, в компромате Митрохина фигурируют списки лиц, проходящих по делам КГБ, однако это вовсе не списки шпионов. Митрохин подчас переписывал эти имена, даже не зная, о чем конкретно шла речь в этих делах. Таким образом, он породил всплеск подозрений в отношении многих лиц, которые к КГБ вообще никакого отношения не имели, но фигурировали в делопроизводстве советских спецслужб…

БОЯЛСЯ МЕСТИ И ЖИЛ ПОД ВЫМЫШЛЕННЫМ ИМЕНЕМ

«Мечта Митрохина, начиная с 1972 года вплоть до его смерти, состояла в том, чтобы сделать эти материалы достоянием общественности, – так объясняет действия Василия Никитича профессор Кристофер Эндрю. – Он был диссидентом, который подвергал свою жизнь огромным рискам для того, чтобы гарантировать – как писал Александр Солженицын – что правда не будет забыта, так что в один прекрасный день потомство узнает о ней».

Оставим эти слова на совести английского историка. Отметим лишь то, что последние годы жизни Василий Митрохин провел в Британии, он ушел из жизни в начале 2004 года. Одна из влиятельных российских газет посвятила тогда ему заметку под заголовком «Агент длительного хранения», сообщив, что в Англии умер «архивариус КГБ» Василий Митрохин – «самый малоизвестный, но при этом очень ценный для западных спецслужб советский перебежчик». И далее сообщалось, что ему удалось нелегально скопировать более 300 тысяч секретных документов. «До самого последнего дня бывший майор КГБ боялся расправы и жил под вымышленным именем, никому не давая своего адреса», – говорилось в публикации.

Итоги зарубежной жизни Василия Никитича Митрохина: он издал часть вынесенной им документации в четырех книгах, две из которых написаны им совместно с Кристофером Эндрю. Некоторые из записей Митрохина вошли в «Международный исторический проект по изучению холодной войны» Центра Вильсона в Вашингтоне.

После смерти Митрохина исходный архив был размещен в более чем трех десятках коробок, ныне хранящихся в Архивном центре Черчилля (он входит в состав Кембриджского университета), где также находится наследие Уинстона Черчилля и Маргарет Тэтчер. В июле 2014 года значительная часть записей, отпечатанных на русском языке, стала доступной для исследователей, однако немалая часть архива остается засекреченной.

Сергей ЕВГЕНЬЕВ. Специально для «Вестей»